Транслировать эту RSS ленту на своем сайтеМеркнуть
Те кто не плачут,
Кто не рыдают,
Словно цветы
По утру увядают
Те кто молчит
В истин мгновенье
Жизнь улетит
Оставив забвенье
Те кто забыть
Не смогут любовь
Ветер накроет
Прольет небо кровь
Может быть стоит
Забыть то что было
Нет! я не буду
Меркнуть уныло
Я смогу найти ответ
Я смогу найти ответ.
Быть может я потрачу
На это много лет,
Но я не плачу.
Ко всему в придачу
Белыми хлопьями снег.
Вспомнил по полю бег,
Детство, ребят и дачу.
Свет фонаря притих,
Мысли мои потушил.
Я дописал свой стих,
Книгу на стол положил.
Такое странное чувство
Мне стало легко когда пошел снег. С улыбкой на лице все собирали его и кидали друг в друга. Снег растаял и стало немного грустно. Ведь он вернется? Я верю что он вернется. Но это будет уже другой снег. Люди. Другие. Улыбки.
Чистое ночное небо
Взгляни в небо – там сегодня полно звезд. Вдохни поглубже и выдохни. Видишь клубы теплого воздуха – стало немного морознее. Машины пролетают одна за другой, давай свернем – там будет тише. Посмотри какая одинокая лавочка, давай на нее присядем. Холодно? Точно не холодно? Улыбка. Взгляд в небо. Небо сегодня чище и звезды сегодня ярче. И не смотря на холод мне все равно тепло.
А тебе нравятся звезды?
А тебе нравятся звезды? Они так ярко блестят в небе. И пусть ночью дует прохладный ветер и их свет не греет тело, зато он греет душу. Мне всегда так хорошо когдя я смотрю на эти мерцающие островки. Давай посмотрим на них вместе. Заберемся на крышу, сядем рядышком и будем молча смотреть.
Свобода
Несколько липких дней затянули паутиной мою душу. Я уже почти не мог двигаться, но вдруг меня обняло тепло и избавило от пластмассовых улыбок и взглядов. Ветер подхватил меня и унес далеко далеко от этого оплота глупости. Там я примерил новые чувства и понял – время было опять потеряно напрасно. Но я не буду жалеть. Ведь тепло все еще со мной. Я надеюсь оно будет со мной еще долго.
Пожалуй уже прошлое
Наверное меня забудут,
Или быть может нет,
И в белых одеяниях прибудут,
За мной два странника в обед.
Я выпью с ними по стакану
Какой то жидкости приятной
Не медленно не быстро встану
И жест исполню всем понятный
И в тот же миг я растворюсь,
Как и мои собратья в белом
Я верю – я когда нибудь вернусь
Как стану сильным, стану смелым.
Тишина
Достаточно одного слова, даже одной буквы чтобы ее сломать. Ее боятся, о ней мечтают, все с ней встречались, но ни кто ее толком не знает. Тишина. Спокойная, бледная, в синем шелковом платье.
Можно было жить без крови
Знаешь, а ведь нам было хорошо. Когда мы молчали сидя под огромным дубом после летнего дождя. Теплый ветер и радуга на небе. Промокшая одежда и автобус через пол часа. Яркий цвет волос и наивные глаза. Пение птиц. Я это уже забыл. Жаль. Мне так хотелось это помнить.
Холодное темное время.
Очнулся. Разбудил звук угрозы, который все чаще раздается здесь, в старой Москве. Пора собираться и двигать на отстрел бешеных тварей, раньше их называли собаками, но когда их стало слишком много, иначе как тварями их назвать врядли как-то можно. Основная Москва теперь парит в воздухе на высоте от пятидесяти до ста метров. На платформы подняли все исторические обьекты, жилые дома отстроили заново и теперь те, кто с пропиской живут там, в Новой Москве. Те же, у кого прописки нет, захватили сохранившиеся дома в старой Москве и ведут полулегальное существование в этом мрачном городе. Я же здесь работаю. Работа у нас простая – не пускать нелегалов и сдерживать собачью угрозу. Нет времени все рассказывать, я уже сильно опаздываю, остальное узнаете прямо там.
Холодное темное утро.
Мрачное небо черными пятнами пересекли несколько птиц. Тело проснулось, но сознание еще видело сон. Черно – белый страшный сон. Струя теплой, даже горячей воды из крана заставило вздрогнуть и окончательно оживило мозг. Медленно повернувшись к зеркалу он обнаружил на спине запекшуюся кровь и следы от крюков. Когда он дотронулся до них в глазах посветлело и он увидел как крюки пронзают его плоть. Пролежав около получаса на холодном кафеле он очнулся.
Холодное темное воображение.
В темное комнате тишина. Он смотрит в потолок через закрытые веки. Его лицо повернуто к подушке. А в мыслях что то другое.
\“Как хорошо было бы сейчас быть подвешенным на четыре или лучше восемь крюков к потолку. Там так прохладно. От туда все видно. Ты видишь все, а тебя не видит ни кто.\”
Он медленно раскинул руки по кровати. Легкое покалывание с начала в четырех, а потом в восьми точках. Над ним уже нет одеяла, он медленно поднимается вверх. Прохладный ветер не известно от куда взявшийся в наглухо запертой душной комнате обволакивает его тело, покрытое потом. С каждой секундой он все ближе к потолку. Он молчит. Все происходящее его не удивляет. Полное расслабление и отсутствие всякого понимания происходящего вокруг. Несколько секунд, резкий короткий моток головой. Он на той-же подушке, в той же наглухо закрытой комнате в ее тишине и духоте и нет никакого ветра. Все что было только сон. Но боль, она осталась. Боль не отталкивающая, а даже приятная. Ночь продолжила свой путь.
Человеку
Человек со сломанной душой, медленно шагая по улице не поднимет глаза к небу, потому что знает что на нем нет звезд..... нет звезд для него.
